Почему вы не чувствуете себя свободным, даже когда никто не держит?
Чувство несвободы часто связано не только с внешними обстоятельствами, но и с внутренними ограничениями: стыдом, виной, страхом отвержения и автоматическими реакциями, которые когда-то помогали выживать, а сейчас мешают жить.
Свобода начинается не с красивых образов птицы в небесах, а с разбора конкретных моментов, где человек молчит, терпит, подстраивается и страдает от того, что живёт свою жизнь не так, как хочет.
Что человек обычно имеет в виду, когда говорит: «Мне не хватает свободы»
Когда ко мне приходит человек и говорит, что ему не хватает свободы, я с огромной уверенностью могу сказать про него некоторые вещи. Например, то, что его представление о свободе — о какой-то парящей птице в небесах или другой красивой метафоре — скорее всего, не имеет ничего общего с действительностью.
Скорее всего, там есть приятные ощущения, светлые и красивые картинки, ожидание какого-то иллюзорного счастья и блаженства.
Но неудовлетворённость у человека есть, и это невозможно отрицать. Человек чего-то хочет и одновременно страдает от отсутствия этого. И здесь важно сделать один принципиальный разворот.
Скорее всего, там есть приятные ощущения, светлые и красивые картинки, ожидание какого-то иллюзорного счастья и блаженства.
Но неудовлетворённость у человека есть, и это невозможно отрицать. Человек чего-то хочет и одновременно страдает от отсутствия этого. И здесь важно сделать один принципиальный разворот.
Почему свобода — слишком абстрактное слово
Мой учитель, Сергей Меньшой, называет свободу высокой абстракцией. Абстракция всегда неконкретна.
А ещё он называет это дуальностью. Потому что там, где есть свобода, всегда есть и несвобода — обратная сторона медали. И если начать спрашивать человека о том, что такое для него свобода, это будет блуждание по красивым метафорическим картинкам, которые не имеют никакого отношения к физической реальности.
А ещё он называет это дуальностью. Потому что там, где есть свобода, всегда есть и несвобода — обратная сторона медали. И если начать спрашивать человека о том, что такое для него свобода, это будет блуждание по красивым метафорическим картинкам, которые не имеют никакого отношения к физической реальности.
Где на самом деле искать несвободу
А вот если спросить человека, где у него сейчас в жизни несвобода, он вполне конкретно перечислит места, где чувствует себя несвободным, время, в которое чувствует себя несвободным, людей, рядом с которыми чувствует себя несвободным.
Он сможет даже рассказать, что именно и каким образом ограничивает его: эти места, люди, обстоятельства. Например, не дают сказать то, что человек на самом деле думает, не дают проявить агрессию, не дают показать себя и так далее.
Он сможет даже рассказать, что именно и каким образом ограничивает его: эти места, люди, обстоятельства. Например, не дают сказать то, что человек на самом деле думает, не дают проявить агрессию, не дают показать себя и так далее.
Почему образ свободы часто не помогает
Если начать работать с образом свободы, то крайне сложно не свалиться в построение образов нового мира, новой реальности, в которой будет очень сладко находиться, но которая разрушится, как только человек выйдет с сессии: у него зазвонит телефон, начнут приходить сообщения, он погрузится в бытовуху, у него на ноге повиснет ребёнок, спустит колесо машины, нагадит собака и начнутся прочие мирские страдания.
И эта разница между сессией и реальностью вызовет ещё большие страдания.
И эта разница между сессией и реальностью вызовет ещё большие страдания.
Почему полезнее разбирать не свободу, а несвободу
А вот если начать разбирать моменты несвободы, то с этим уже можно работать. И чем больше человек будет разбираться со своей несвободой, тем больше у него будет, соответственно, свободы.
Внешние ограничения и внутренние ограничения
У несвободы есть физические ограничения. Ну, к примеру, отсутствие денег, отсутствие конечностей. Не может человек ходить, потому что у него нет ног. С чем-то из этого можно разобраться, а с чем-то, к сожалению, нет — это можно только принять.
Но есть и эмоциональные ограничения: когда человек боится что-то сказать из-за того, что другой человек обидится, посчитает его плохим, расстроится; из-за того, что как-то неловко; а это, по сути, стыд. Можно показаться не очень хорошим человеком. А что другие подумают?
Но есть и эмоциональные ограничения: когда человек боится что-то сказать из-за того, что другой человек обидится, посчитает его плохим, расстроится; из-за того, что как-то неловко; а это, по сути, стыд. Можно показаться не очень хорошим человеком. А что другие подумают?
Как вина и стыд создают внутреннюю несвободу
Или, к примеру, человек считает себя должным спасти всех людей, которым плохо, кроме себя, естественно. Жертвует собой. И за этим спасательством, как правило, стоит чувство вины. Такой человек живёт в своих «надо», «должен», «обязан», практически полностью игнорируя собственные потребности.
Какая же здесь свобода? Одна несвобода.
Какая же здесь свобода? Одна несвобода.
Почему большая часть несвободы — эмоциональная
И, честно говоря, большая часть ограничений именно эмоциональная. Все мы знаем, что делать, чтобы заработать денег. Все мы знаем, что делать, чтобы быть здоровыми. Мы уже практически все знаем, какими должны быть, в кавычках, «здоровые отношения». Мы знаем, что делать. Но нас что-то останавливает.
И в подавляющем большинстве случаев это стыд, вина и страх отвержения.
И в подавляющем большинстве случаев это стыд, вина и страх отвержения.
Какие реакции создают ощущение клетки
И вот вроде бы от такого пьянящего слова «свобода» мы пришли к чувствам, которые толкают нас на те действия, те реакции, которые и создают у нас ощущение несвободы: промолчать, молча потерпеть, согласиться там, где не хочется, взять на себя чужую ответственность, начать решать проблемы другого человека, когда не решены свои, терпеть в надежде, что что-то изменится.
Почему чувствам не обязательно подчиняться
И с этим можно работать. Ведь чувства — это не какая-то данность, которой нужно безоговорочно подчиняться. Чувства могут работать таким образом, что они мешают жить.
А ведь чувства и эмоции — это сигнальная система организма. И если смотреть на чувства с точки зрения того, что они всего лишь сигнализация, то странно подчинять свою жизнь обслуживанию этой сигнализации.
Представьте, что вы купили машину. И вместо того чтобы ехать, вы всё время настраиваете там сигнализацию, кормите её, поите, спать укладываете и всё обслуживаете её и обслуживаете. Иногда немножко катаетесь на машине, но в целом большая часть времени уходит на обслуживание этой сигнализации.
Странно, правда?
А ведь чувства и эмоции — это сигнальная система организма. И если смотреть на чувства с точки зрения того, что они всего лишь сигнализация, то странно подчинять свою жизнь обслуживанию этой сигнализации.
Представьте, что вы купили машину. И вместо того чтобы ехать, вы всё время настраиваете там сигнализацию, кормите её, поите, спать укладываете и всё обслуживаете её и обслуживаете. Иногда немножко катаетесь на машине, но в целом большая часть времени уходит на обслуживание этой сигнализации.
Странно, правда?
Почему старые реакции мешают взрослой жизни
Вот примерно так выглядит жизнь, на которую нас толкают чувства, не актуальные той ситуации, в которой мы находимся. В детстве это было актуально: мы таким образом подстроились и выжили с помощью этих чувств и реакций, на которые они толкают.
Но сейчас мы взрослые, ситуация изменилась, и те чувства, которые толкают нас на действия, создающие ощущение несвободы, которые запускают автоматические реакции, от которых нам плохо, — это можно менять.
Но сейчас мы взрослые, ситуация изменилась, и те чувства, которые толкают нас на действия, создающие ощущение несвободы, которые запускают автоматические реакции, от которых нам плохо, — это можно менять.
Как постепенно увеличивается степень свободы
И, меняя такие реакции, просто допуская, что может быть по-другому, человек понемногу меняет мировоззрение, понемногу меняет качество жизни, понемногу меняет степень своей свободы.
Клетка, ключ и прутья: метафора внутренней несвободы
И постепенно, работая с реакциями человека, разбирая то, на чём стоит его мировоззрение, оказывается, что клетку человек построил себе сам. Что ключ от клетки всегда у него, и он никому его никогда не отдавал.
Более того, что прутья этой клетки выкручиваются, снимаются, разбираются, если к ним прикоснуться и начать крутить, снимать и разбирать.
Можно начать в любой момент выходить из клетки. Пусть ненадолго, потому что страшно, но выходить. Смотреть на всё это со стороны. И в какой-то момент, возможно, даже выкрутить один прут этой клетки, потом второй, потом третий.
Более того, что прутья этой клетки выкручиваются, снимаются, разбираются, если к ним прикоснуться и начать крутить, снимать и разбирать.
Можно начать в любой момент выходить из клетки. Пусть ненадолго, потому что страшно, но выходить. Смотреть на всё это со стороны. И в какой-то момент, возможно, даже выкрутить один прут этой клетки, потом второй, потом третий.
Почему выход из клетки страшный
И это всё будет страшно, потому что это путь поперёк чувств, поперёк нашего внутреннего животного. А оно в этот момент будет очень сильно напугано, когда человек вдруг начинает использовать новые стратегии, которые не факт, что ведут к выживанию.
Что делает человека более свободным
И не следование чувствам делает нас человечными, а способность взять и отреагировать поперёк чувств, вопреки им, благодаря нашей префронтальной коре. Вот эта пауза между стимулом и реакцией.
Как появляется ощущение свободы
И вот здесь уже, когда появляется ощущение, что выход есть, когда понятно, что и как делать, когда получен какой-то первый опыт, может начать появляться то самое заветное ощущение свободы.
Но только не в том формате, что свободу должен кто-то дать, а в том, что я свободен. И был свободен всегда. Просто очень боялся.
И могу сейчас маленькими шажками выходить из своей клетки, выглядывать, заходить обратно, и с каждым разом ходить всё дальше и дальше, иногда возвращаясь и разбирая клетку по кусочкам.
И это будет чертовски страшно, каким бы смелым или смелой, уверенным или уверенной вы ни были.
Но только не в том формате, что свободу должен кто-то дать, а в том, что я свободен. И был свободен всегда. Просто очень боялся.
И могу сейчас маленькими шажками выходить из своей клетки, выглядывать, заходить обратно, и с каждым разом ходить всё дальше и дальше, иногда возвращаясь и разбирая клетку по кусочкам.
И это будет чертовски страшно, каким бы смелым или смелой, уверенным или уверенной вы ни были.
Главное из статьи в нескольких пунктах
- Свобода — слишком абстрактное слово, чтобы с ним напрямую работать.
- Полезнее искать конкретные места несвободы в жизни.
- Чаще всего человека ограничивают не только обстоятельства, но и стыд, вина, страх отвержения.
- Автоматические реакции могут создавать ощущение внутренней клетки.
- Эти реакции когда-то помогали выжить, но во взрослой жизни часто мешают.
- Свобода растёт по мере того, как человек учится действовать не только по чувству, но и по выбору.
Часто задаваемые вопросы
Почему человек может чувствовать себя несвободным, даже когда его никто не ограничивает?
Потому что ощущение несвободы часто создают не только внешние запреты, но и внутренние реакции: стыд, вина, страх осуждения, страх отвержения, привычка терпеть и подстраиваться.
Что сильнее ограничивает: обстоятельства или эмоции?
И то и другое. Но в повседневной жизни очень большую роль играют именно эмоциональные ограничения: страх сказать лишнее, страх быть плохим, вина за свои потребности, стыд за проявление себя.
Можно ли стать свободнее, не меняя всю жизнь целиком?
Да. Внутренняя свобода часто растёт не от одного большого решения, а от серии маленьких шагов: сказать то, что думаешь; не взять лишнюю ответственность; не согласиться против себя; выдержать чужое недовольство.
Почему так страшно менять привычные реакции?
Потому что старые реакции когда-то были способом выживания и адаптации. Когда человек перестаёт автоматически подстраиваться, его психика может воспринимать это как угрозу безопасности.
Свобода — это делать что угодно?
Нет. В контексте этого текста свобода — это не отсутствие любых ограничений, а большая способность выбирать свою реакцию, видеть свою несвободу и понемногу выходить из неё.
